Медиагруппа «Антенна»  

«Ах, война, что ты сделала, подлая...»

В. А. ПУШКАРНЫЙ# 25, 25.06.2008

В своих воспоминаниях я ничего не преувеличиваю. Я пишу так, как было на самом деле, и хочу, чтобы молодое поколение знало, что такое война, сколько горя она приносит людям, сколько слез пролили наши матери, когда с фронта приходила похоронка или дети подрывались на мине.

Кусок мяса

Итак, война. Железнодорожный вокзал, водонапорная башня, хлебопекарня, водокачка — все разрушено. Нет воды, люди черпают ее по кружке из одного колодца. По улицам поселка Изварино, что на Луганщине, бродят голодные — люди, собаки, кошки, все в поисках любой пищи, но увы, ее нет. Посчастливилось тем, кто успел подобрать на станции горелую пшеницу, оставшуюся после пожара на складе. Маме повезло — досталось килограммов десять обгорелого зерна и три круга макухи — прессованного жмыха семян подсолнечника. Макуху мама варила с картошкой и мы считали это лакомством, но доставалось оно нам не всегда. Часто мама, сама голодная, отдавала свою порцию мне, брату Ване, сестренкам Наде и Тане.

Отец, брат Коля и дядя Павел были на фронте. Дядя так и не вернулся с войны. Однажды отец прислал нам даже три куска хозяйственного мыла — по тем временам богатство невообразимое. Мыла тогда не было и в помине, при стирке использовали древесную золу. Мама сразу же отнесла кусочек больной соседке.

И вот первый налет фашистской авиации, этот вой и сейчас звучит в моих ушах. В небе появились самолеты, их было несколько десятков и летели они совсем низко, даже свастики были видны. К счастью, поселок немцы почему-то не бомбили. Зато сровняли с землей крупный железнодорожный узел Лихая. Несколько дней там полыхало зарево, которое было видно за тридцать-сорок километров. На следующее после налета утро в Изварино ворвались фашисты. На подводах они везли оружие и награбленное имущество.

Как сейчас помнится, это были молодые, откормленные, наглые немцы, румыны и мадьяры. Они по трое заходили в дома и на ломаном русском языке требовали сдать оружие, радиоприемники и указать, где находятся партизаны. На самом деле они искали дорогие вещи, которых ни у кого из нас не было. Сразу же появились и прихвостни–полицаи. Те не стеснялись, брали все, что нравилось.

Поначалу фашисты никого не били, но через несколько дней началось. Немцы были сдержаннее, особенно лютовали румыны и полицаи. Они избивали непослушных, насиловали женщин и, чтобы замести следы, уводили их в каменоломни в село Власовка и там расстреливали.

Как ни старались фашисты обнаружить подпольщиков, ничего у них не выходило. Никто из жителей поселка не выдавал своих. Люди знали, что подпольщики связаны с краснодонскими молодогвардейцами. Иногда в Изварино на двуколке с женой приезжал сам Соликовский — главный полицай Краснодарского района, тот самый иуда, который издевался в тюрьме над молодогвардейцами и сбрасывал их в шурф шахты №5.

Обычно он с помощью полицаев сгонял людей и требовал выдать подпольщиков. За каждого Соликовский обещал награду — корову или свинью. Но предательство все же произошло, скорее всего, постарались те же полицаи. Сразу же арестовали изваринцев Т.Н. Саранчу и его сына Геннадия. Летом 1942 года оккупанты расстреляли их в каменоломнях. Затем фашисты схватили дочь Т.Н. Саранчи Евгению, бойца Изваринского партизанского отряда, и зверски казнили ее — закопали живьем в городском парке г. Краснодона.

...Голод терзал людей. Мы, пацаны, выходили на железнодорожную станцию и ожидали воинские поезда. Фашистские составы двигались в сторону Сталинграда, туда же по ночам летели их самолеты. Когда поезд останавливался, мы окружали вагон, где была кухня. Иногда нас заставляли чистить печку, котлы и кастрюли, за что давали алюминиевую тарелку похлебки. Но так бывало редко. Обычно выбрасывали из вагона вместе с объедками. Эти подлецы смеялись, когда мы, как щенки, барахтались на земле, а они обливали нас помоями. Особенно жестокими были румыны и мадьяры.

Фашисты, расквартированные в Изварино, были осмотрительнее — там, где жили, не грабили, а выезжали на подводах в отдаленные села и с помощью полицаев отбирали у людей кур и другую живность. Повар-румын варил и жарил награбленное, доставал где-то водку и кормил около двадцати фашистов. Объедки, естественно, доставались нам.

Но вот случилось непоправимое. Обед был готов, в котле с борщом плавал кусок мяса, а повар куда-то отлучился. Мы с ребятами — голодные, изможденные — решили украсть этот кусок. Помню, Саша Косоногов выхватил его из горячего борща и побежал к забору, мы, конечно, за ним. И тут появился повар... Он что-то закричал, схватил винтовку и выстрелил. Мы обмерли. Впереди, метрах в двух, лежал на земле кусок мяса, а рядом с ним — Саша с простреленной головой. Земля была забрызгана Сашкиной кровью и кусочками мозгов. Прибежали люди, тетя Валя (Сашкина мама) кричала, голосила, билась возле сына на земле. Женщины плакали, кто-то принес половину ведра воды, стали отливать тетю Валю, но она не отходила, потеряла сознание. На следующий день Сашу похоронили, а тетя Валя сразу же уехала к родственникам в Ростов.

Солдатская каша

После поражения фашистов под Сталинградом, через станцию проходили поезда с нашими войсками. Мы, пацанва, уже не боялись брать приступом солдатскую кухню. Нас больше никто не бил, не обливал помоями. Нас угощали солдатской кашей, иногда даже давали по кусочку рафинада. Сахар я нес домой, и мама отдавала его больной соседке.

На привокзальной площади нас собиралось обычно человек семь–десять. И вот прибывал воинский эшелон. Мы сидели на каменном заборе и высматривали, где вагон-кухня. Наконец, из вагона появлялся повар в белом халате. Мы ждали, когда он позовет нас помыть посуду, подмести вагон, но он почему-то не спешил — долго всматривался в наши лица и, наконец, позвал Леню Монанкина, Юру Пономаренко и меня.

Одной сильной рукой дядя Володя (так звали повара) затащил меня в вагон. Там пахло чем-то вкусным. Дядя Володя ни о чем не расспрашивал — он, как сейчас помню, положил в противень несколько черпаков солдатской каши и кусок комбижира, перемешал все это, и я, как голодный звереныш, набросился на пищу. Руками запихивал кашу в рот, глотал не пережевывая, и по привычке поглядывал вверх — не ударят ли?

У дяди Володи по щекам катились слезы, и он неуклюже вытирал их мощной ладонью. Я спросил, почему он плачет? Оказалось, месяц назад фашисты бомбили его поселок под Воронежем. Бомба попала прямо в дом, погибли его жена, дочь и сын, мой одногодок.

«Ты ешь, ешь, сынок», — тихо говорил дядя Володя, смахивая слезы. Я поспешно глотал кашу, боясь, что поезд вот-вот тронется. Скоро поднялось крыло семафора (светофоров тогда еще не было). Дядя Володя быстро наполнил кашей мой котелок и уже на ходу одной рукой опустил меня на землю.

Так и остался он в моей памяти — стоит в вагоне с поднятой в прощании рукой.

Дядя Володя, если ты жив — отзовись! Я с радостью встречу тебя по-украински — хлебом-солью и глубокой благодарностью.

В. А. ПУШКАРНЫЙ,
ветеран труда Украины









ТОП-СТАТЬИ
Номер # 25, 25.06.2008
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ Замість суду — житловий будинок для еліти? Фронтовий щоденник: Як працюють фронтові шпиталі Фронтовий щоденник: Військовий капелан про свою роботу на війні Олимпиада 2022: новичок в лидерах. Фронтовий щоденник: Як Черкащани живуть на війні Репотажі з фронту Сьогодні в телеефірі Антени-плюс: Інтернет-трансляція телеканалу "Антена" для мобільних мереж 2G та 3G Інтернет-трансляція телеканалу "Антена" Чому москалі такі?
Дайджест Вартість проїзду у громадському транспорті малє становити не вище 2,7 грн? Спроба переворота в Україні призначена на 22 лютого? Откровения российского окупанта: почему он убивает украинцев? (відео) В Лугандоні вважають наше сало наркотиком! Экономика РФ летит в пропасть Унікальний вітровий генератор зробив винахідник з Черкащини Народний синоптик прогнозує теплу зиму О Золотой Орде и Киевской Руси, или почему Маркса не издавали в СССР?
Главная | Новости | Статьи | О нас | Выпуск новостей (видео) | Он-лайн трансляция «Антенна-плюс»
bigmir)net TOP 100
©«Антенна», 2009
посетителей: 614 хитов: 18165
вчера: 765/21950
время генерации: 0.017155885696411; SQL запросов: 11