Медиагруппа «Антенна»  

Педиатрия в коме, реанимации не подлежит

Валентина ВАСИЛЬЧЕНКО# 12, 31.03.2010

13 ноября 2009 года в 18 часов 35 минут перестало биться сердце Сашеньки Сокирко. Двухлетний малыш из Звенигородки умер на операционном столе от острого гангренозно-перфоративного аппендицита, осложненного воспалением брюшной полости и инфекционно-токсическим шоком. Комиссия, созданная главным управлением охраны здоровья и медицины катастроф Черкасской областной госадминистрации, констатировала недостаточный уровень квалификации врача-хирурга, консультировавшего ребенка, а также установила, что при лечении двухлетнего малыша врачами были нарушены ряд инструкций и приказов. Однако начальник управления Юрий Кувита не усмотрел безответственности и халатного отношения медработников при предоставлении медпомощи малышу. А прокурор области Николай Лисовой и его заместитель Владимир Вегера волынят со следствием, закрывая глаза на явный криминал. Напомню, речь идет не о машине с песком, а о жизни двухлетнего малыша, право на которую у крохи цинично отобрали. Какие же права имеют дети, рождаясь в стране с жесточайшей коррупцией и уголовным беспределом?


Сашенька с улыбкой, как у солнышка

Саша был обожаемый всеми — мамой и папой, дедушкой и бабушкой, тетеньками и дядюшками. И в семействе все вертелось вокруг карапуза. Сашенька тянулся к машинкам. Родственники завалили его игрушками. Папа купил толстую книгу о машинах, в которой несмышленыш любил рассматривать картинки с изображением различных механизмов. Дедушка подарил детский мотоцикл. И Сашенька на радость всем колесил по двору. Малыш любил спать под одеяльцем с медвежонком, лакомиться киви, мандаринками и яблоками.

Его крошечная жизнь уместилась на фотографиях в нескольких толстых фотоальбомах. Папа любил фотографировать сынишку. И нынче фотографии с улыбчивым карапузом болью отдаются в сердце матери.

Его звонкий смех завораживал даже соседей. Улыбкой, словно солнышко, он одаривал мир вокруг себя, заставлял забывать о проблемах и верить, что радуга прорвет любую тучу. Его улыбки так не хватает маме, которая пытается осилить горе и понять, почему врачи оказались бессильными, и сын умер.

До мельчайших подробностей Елена Сокирко помнит тот трагический день, 12 ноября. Накануне отмечали ее день рождения. На празднике за стол посадили вместе двоюродных братьев-ровесников Женю и Сашу. Братья ели с одной тарелки. На двоих один блинчик и кусочек торта.

12 ноября Саша, как всегда, проснулся с улыбкой. Он попросил есть и с удовольствием опустошил тарелку рисового супчика. До обеда они с мамой играли вместе. Малыш вытащил детскую ванночку и скомандовал купаться. Он обожал плескаться в воде.

Неожиданно Саша вырвал. Он показывал на животик и жаловался, что болит «пупа». Мать забеспокоилась, побежала за советом к соседке-фельдшерице, позвонила участковой медсестре. Медики в один голос требовали вызвать «скорую». Мол, приближается ночь, неизвестно, что с ребенком может произойти.

В 16 часов прибыла карета «скорой помощи». Мальчик сам подошел к автомобилю. На прощание он махнул ручонкой и произнес: «Дедушка, пока, я вернусь».

Врачи не замечали, что малыш умирает

«Скорая» привезла Сашу Сокирко в детское отделение Звенигородской райбольницы, минуя приемный покой. Елена Сокирко утверждает, что дежурный педиатр Наталья Айрапетян приняла ребенка в 18 часов. Малыш бегал по коридору, просился домой, тянул маму за руку.

Здесь показания матери несколько расходятся с официальными данными. Врачебная комиссия утверждает, что ребенок прибыл в больницу в 17 часов 15 минут и тотчас был принят педиатром.

По утверждению Елены Сокирко, врач Наталья Айрапетян высказала предположение о возможности обострения аппендицита, вызвала лаборанта и хирурга.

Лаборант взяла из пальчика малыша кровь на анализ. Через полчаса пришел дежурный хирург Иван Лалим. Стрелки показывали 19 часов. Иван Сергеевич внимательно осмотрел ребенка, помял животик, констатировал, что ничего хирургического в заболевании ребенка не усматривает. И все же оставил под вопросом диагноз острого аппендицита. Ребенку поставили капельницу. И он уснул.

Медицинская инструкция гласит однозначно, что детей обязаны лечить только детские хирурги. Иван Лалим — обычный хирург. Состояние ребенка ухудшалось. Однако никто из врачей не вызвал санавиацию и не отправил несчастного малыша в Черкасскую областную больницу, в детское хирургическое отделение, куда впоследствии мальчика доставили, увы, с большим опозданием.

В 21 час появилась заведующая отделением Татьяна Головачова. Татьяна Васильевна осмотрела сонного Сашу, помяла животик и заявила, что не находит аппендицита, мол, ребенок отравился жирной пищей. Она повысила дозу лекарств.

В 23 часа вновь пришел хирург Иван Лалим, мял животик.

— Дядя, нет, — хватал его за руку малыш, извиваясь от боли.

Иван Сергеевич попросил показать язык. Саша сжал губы и не желал открывать рта. Хирург рассердился и вышел из палаты, стукнув дверью.

В 2 часа 30 минут вдруг подскочила температура до 39°С. Следует заметить, что у Саши Сокирко аппендицит протекал нетипично, с большой температурой, с нормальными анализами крови. Обычно у детей болезни протекают нетипично. Об этом знают детские хирурги, соответственно и реагируют на симптомы.

В Звенигородке малыша осматривал обычный хирург. Татьяна Головачова отметила, что Саша Сокирко поступил в детское отделение больницы не тяжелым больным. Но его состояние ухудшалось. Ребенок умирал, а врачи продолжали его осмотр, высказывая различные предположения о диагнозе.

Близился рассвет. В 4 часа Саша громко вскрикнул и заплакал. Вбежала медсестра и отчитала убитую горем мать: «Он детишек в других палатах разбудит». Елена потребовала, чтобы немедленно пришел хирург.

Она взяла сынишку на руки. Он тотчас уснул на материнском плече. Через полчаса пришел Иван Лалим, помял животик малышу и вышел. Саша стонал, как взрослый. Через 15 минут вместе с хирургом прибыли педиатры. Врачи помяли ребенку животик и удалились.

На рассвете в палату зашла Татьяна Головачова. Бабушка, дежурившая вместе с Еленой у изголовья внука, спросила, почему у Саши твердый живот.

— Не знаю, — ответила Татьяна Васильевна.

В 8 часов утра к больному ребенку пришли Татьяна Головачова, Иван Лалим и заведующий хирургическим отделением райбольницы Николай Лаврега. Они по очереди мяли живот несчастному ребенку. Саша уже ни на кого не реагировал. Он мигал глазенками и стонал. Утром он вырвал кровью. Елена показала пеленку с кровью Татьяне Головачовой. Та не посмотрела в сторону матери.

Татьяна Васильевна отрицает, что мать показывала ей пеленку с кровью сына.

Елена Сокирко убеждена, что перевесил авторитет заведующей детским отделением Татьяны Головачовой. Она — опытный врач, 26 лет отдала педиатрии. Татьяну Васильевну можно увидеть в отделении даже среди ночи. Она спасла жизни многим детишкам. Однако Саше она поставила ошибочный диагноз, настаивая на том, что ребенок отравился едой. Увы, в данном случае, чтобы распознать болезнь, требовался опыт детского хирурга, а не педиатра.

Наконец Сашу отправили на рентгенографию. Мама несла малыша с одного помещения в другое. Там ее пропустили без очереди. Однако женщина с умирающим малышом на руках вынуждена была два часа ожидать под дверью рентгенолога, пока тот завершит описание снимка. Ребенок лежал на плече у мамы и стонал.

Елене велели подняться на четвертый этаж. Там заведующий хирургическим отделением райбольницы Николай Лаврега встретил ее у двери своего кабинета, пробежал глазами описание рентгенолога. После этого Николай Степанович велел медсестре вызвать детского хирурга из Черкасс и ушел. Елена утверждает, что Николай Лаврега не осмотрел рентген-снимок.

В палате Саше опять поставили капельницу. Наконец матери сообщили, что карета «скорой помощи» доставит ее с больным сыном в областную больницу.

В салоне «скорой» было два сиденья. На них сидели мама с бабушкой и по очереди держали больного ребенка на руках. Их сопровождала Наталья Айрапетян. Из Звенигородки выехали в 12 часов. В 13 часов 45 минут Сашу положили в детское хирургическое отделение областной больницы.

В «скорой» транспортировали не дрова, а тяжело больного ребенка. Инструкция предписывает в таких случаях предоставить специализированный реаномобиль с реанимационной бригадой. Врачи в Звенигородке объяснили, что они торопились побыстрее доставить Сашу в Черкассы. А поэтому 13 ноября не стали вызывать санавиацию. И малыша поместили в автомобиль, который нашли в райбольнице.

В областной больнице хирург дал указание произвести анализы, УЗИ. Мать посмотрела на сына и с ужасом увидела стеклянные глаза ребенка. Елена закричала, что мальчик не дышит. Вызвали реанимационную бригаду, больного ребенка подключили к аппарату искусственного дыхания. Как потом объяснили Елене, гной подошел к легким и затруднил дыхание.

В 18 часов начали оперировать. Во время операции из брюшной полости выбрали трехлитровую банку гноя. Когда зашивали животик, на операционном столе у Саши остановилось сердце. Реанимировать ребенка не удалось.

Юрий Кувита не усмотрел халатности врачей в смерти ребенка

Обратимся к приказу МОЗ Украины № 88-адм. от 30 марта 2008 года «Об утверждении протоколов лечения детей по специальности «Детская хирургия». В «Протоколе лечения острого аппендицита у детей» отмечено: «Всех детей до 3 лет с болью в животе обязаны направлять в хирургический стационар. ...При невозможности исключить диагноз острого аппендицита совершается динамическое наблюдение в условиях хирургического стационара — при этом осмотр производится каждые 2-3 часа. Невозможность на протяжении шести часов снять диагноз является показанием для хирургического вмешательства».

А приказ № 16 областного управления от 16 января 2001 года «Об усовершенствовании хирургической помощи детям в Черкасской области», требует, чтобы в райбольницах круглосуточно лечил детей с острой хирургической патологией детский хирург либо заведующий хирургическим отделением.

По официальным данным Сашу Сокирко положили в детское отделение Звенигородской райбольницы 12 ноября 2009 года в 17 часов 15 минут. В детское хирургическое отделение областной больницы ребенок поступил 13 ноября в 13 часов 45 минут в крайне тяжелом состоянии. Операцию ему начали делать в 17 часов 25 минут. Скончался двухлетний Саша Сокирко на операционном столе в 18 часов 35 минут. На вопрос, почему врачи грубо нарушили инструкцию, и ребенка с момента поступления в райбольницу не консультировал детский хирург, никто не ответил до этого времени.

Чтобы пролить свет на весьма темную историю лечения и смерть двухлетнего ребенка, обратимся к ответу начальника главного управления охраны здоровья и медицины катастроф Черкасской облгосадминистрации Юрия Кувиты родителям мальчика, отправленному 22 января 2010 года.

Юрий Кувита сообщил, что 16 ноября 2009 года была создана врачебная комиссия по служебному расследованию смерти ребенка. В частности комиссией было установлено, что в Звенигородской райбольнице больного ребенка осматривал хирург, который не обнаружил признаков острой хирургической патологии, однако диагноза острого аппендицита не снял. Лечение ребенка производится под присмотром педиатра и хирурга. 13 ноября в 8 часов 30 минут Сашу осмотрел главный районный хирург, указал на тяжелое состояние больного. В 10 часов на врачебном консилиуме принято решение о транспортировке больного ребенка в областную больницу санитарным транспортом районной больницы в сопровождении педиатра. Специализированную детскую реанимационную бригаду не вызывали. Ребенок поступил в детское хирургическое отделение областной больницы в крайне тяжелом состоянии. Был осмотрен заведующим детским хирургическим отделением, детским хирургом, вызван детский реаниматолог. Поставлен диагноз: кишечная непроходимость, перитонит, терминальная фаза, инфекционно-токсический шок. Производилась интенсивная терапия, при возобновлении центрального венозного давления по жизненным показаниям ребенок взят на операцию в 17 часов 25 минут.

Во время операции обнаружено, что брюшная полость заполнена жидким гноем, аппендикс занимает тазовое положение, гангренозный, с перфоративным отверстием на верхушке. Причиной смерти ребенка стал острый гангренозно-перфоративный аппендицит, осложненный воспалением брюшины (диффузный фибринозно-гнойный перитонит) и инфекционно-токсичным шоком.

Комиссия констатировала недостаточный уровень квалификации врача-хирурга, который предоставлял консультативную специализированную помощь ребенку, что не позволило ему адекватно оценить состояние ребенка. Было отмечено транспортировку ребенка в областную больницу транспортом райбольницы без специализированной бригады. Комиссия отметила сложности в диагностике болезни. По решению комиссии врача-хирурга направили на курсы повышения квалификации и переаттестацию.

Комиссия не увидела безответственного и халатного отношения медработников при лечении ребенка.

К этому следует добавить, что главврач Звенигородской райбольницы 16 ноября 2009 года издал приказ о вынесении выговоров начмеду райбольницы Георгию Димову, заведующему хирургическим отделением райбольницы Николаю Лавреге, хирургу Ивану Лалиму, заведующей детским отделением Татьяне Головачовой.

Можно было бы списать смерть двухлетнего малыша на трагическую случайность. Мол, единственный случай в стране, и медицина поднята на ноги, дабы исключить подобную врачебную ошибку. Увы, ответ Юрия Кувиты цинично вскрывает язвы агонизирующей медицины, в данном случае педиатрии. Нарушая все медицинские инструкции, врач, который не имел права лечить ребенка, спокойно принял на себя ответственность за его жизнь, ошибся в диагнозе, что и привело к детской смерти. Оказывается, никто из медиков не виноват. А хирурга направили на курсы повышения квалификации с последующей переаттестацией.

Никто в упор не желает отвечать, почему рядом с тяжело больным ребенком с первого часа его поступления в больницу не оказался детский хирург? И Юрию Кувите также наплевать, кто лечит наших детей? Ведь в конечном итоге Саше Сокирко делали операцию именно детские хирурги. Несчастной матери они сказали, что их помощь опоздала, и шанс, что выживет ее сынишка, один из ста. Малыш не выжил.

Умирающего ребенка везли в Черкассы фактически в душегубке, хотя инструкция требует транспортировать больного в специализированном автомобиле в сопровождении реанимационной бригады. Что поделаешь, в районных больницах работают изношенные «скорые» с допотопным оборудованием. Кого это колышет, если вельможи предпочитают лечиться в иностранных клиниках.

Каста неприкасаемых под патронатом областного прокурора

Весьма цинично звучит ответ родителям заместителя прокурора области по следствию Владимира Вегеры. Елена и Сергей адресовали свое письмо непосредственно прокурору области Николаю Лисовому, указав, что Звенигородская межрайонная прокуратура отказала в возбуждении уголовного дела. И не последнюю роль, по мнению родителей, сыграло то, что заместитель прокурора Звенигородской межрайонной прокуратуры является мужем заведующей детским отделением райбольницы, где лечили Сашу.

Однако прокурорское постановление было отменено и отправлено на дополнительную проверку в Звенигородский райотдел милиции. Напомню читателю, что надзор за милицией совершает та же Звенигородская межрайонная прокуратура. Результат был предсказуем — начальник следственного отдела райотдела милиции Александр Комиренко криминала в действиях врачей не усмотрел и в возбуждении уголовного дела отказал. При этом он отметил, что врачи в Звенигородке не сделали элементарного — не поместили ребенка в реанимационное отделение. А почему ни Юрий Кувита, ни милицейский следователь не дали оценку вопиющему факту, когда мать вынуждена была нести на руках умирающего ребенка на рентген, а потом еще томилась два часа у двери рентгенолога со стонущим ребенком?

Да и что проверяли Николай Лисовой с Владимиром Вегерой, чью преступную халатность покрывали, цинично проигнорировав жизнь ребенка?

Производя несколько прокурорских проверок, никто не допросил мать и бабушку Саши, которые неотлучно находились при мальчике до его смерти. В их рассказах существуют расхождения с показаниями врачей.

Аппендицит — не такое уж безобидное заболевание для взрослого человека. Поэтому при его обострении больной госпитализируется с помощью «скорой», и в срочном порядке ему производят операцию. А здесь с приступом острого аппендицита в больницу попал двухлетний малыш. Хирург при установлении диагноза подозревал аппендицит. И только на второй день уже умирающий ребенок с лопнувшим аппендиксом и гнойным перитонитом доставлен в детское хирургическое отделение областной больницы.

Напрашивается вопрос: если бы, как того требуют медицинские инструкции, мальчика доставили в Черкассы еще 12 ноября, остался ли бы жив Саша? Естественно, квалифицированный ответ может дать судебный эксперт. Однако прокурорские проверки длятся полгода, и никто не назначил судебно-медицинскую экспертизу.

Судебный эксперт обязан ответить и еще на весьма существенный вопрос: как отразились на здоровье ребенка действия врачей, которые вместо операции гнойного аппендицита продолжали 24 часа его массажировать? Ведь во время частых осмотров они мяли животик мальчика.

Неужели Владимир Вегера ожидал увидеть иной результат проверки, отфутболив материалы дела в Звенигородку? Почему ни Николай Лисовой, ни Владимир Вегера не отдали дело в Следственное управление ГУ МВД Украины в Черкасской области? Сколько в области должно умереть детей, чтобы прокуроры обратили внимание на разваленную медицину и расследовали дела по закону, а не по понятиям?

Умер двухлетний малыш. Сколько страданий он вынес за свою недолгую жизнь, в каких муках умирал, находясь в больнице под наблюдением опытных врачей. Он достоин сочувствия со стороны взрослых. Его родители вправе требовать справедливого расследования смерти своего первенца. Так почему так цинично попирает это право прокурор области Николай Лисовой, к которому за помощью обратилась мать ребенка?









ТОП-СТАТЬИ
Номер # 12, 31.03.2010
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ Замість суду — житловий будинок для еліти? Фронтовий щоденник: Як працюють фронтові шпиталі Фронтовий щоденник: Військовий капелан про свою роботу на війні Олимпиада 2022: новичок в лидерах. Фронтовий щоденник: Як Черкащани живуть на війні Репотажі з фронту Сьогодні в телеефірі Антени-плюс: Інтернет-трансляція телеканалу "Антена" для мобільних мереж 2G та 3G Інтернет-трансляція телеканалу "Антена" Чому москалі такі?
Дайджест Вартість проїзду у громадському транспорті малє становити не вище 2,7 грн? Спроба переворота в Україні призначена на 22 лютого? Откровения российского окупанта: почему он убивает украинцев? (відео) В Лугандоні вважають наше сало наркотиком! Экономика РФ летит в пропасть Унікальний вітровий генератор зробив винахідник з Черкащини Народний синоптик прогнозує теплу зиму О Золотой Орде и Киевской Руси, или почему Маркса не издавали в СССР?
Главная | Новости | Статьи | О нас | Выпуск новостей (видео) | Он-лайн трансляция «Антенна-плюс»
bigmir)net TOP 100
©«Антенна», 2009
посетителей: 160 хитов: 2717
вчера: 582/19957
время генерации: 0.17864799499512; SQL запросов: 11